Елена Логинова

«Я многому научилась, но было страшно»

Россиянка о том, почему надо бежать из столицы

В начале 2004 года Оксана приехала в Москву из небольшого провинциального города, где закончила университет. В столице в то время перед ней открывались хорошие перспективы, а легче всего заработать можно было на сделках с недвижимостью. В риелторы шли все, кому не лень, а уж Оксану с ее дипломом психолога приняли в агентство с распростертыми объятиями. Сбылась мечта о карьере, появились деньги. Но спустя 10 лет изменилось все.

О том, почему она решила оставить столицу и вернуться в провинцию, женщина рассказала «Дому»:

«Нет, все не рухнуло в один день, все менялось постепенно, — рассказывает Оксана. — В моей карьере было несколько периодов. Сначала я устроилась в небольшое и не слишком известное агентство. Туда брали всех без разбора, от кандидатов требовалось только высшее образование (хотя некоторые устраивались и со средним) и хорошо подвешенный язык. Обучение можно было пройти в учебном центре компании. Конечно, становились риелторами не все принятые, кто-то передумал, у кого-то не получилось. У меня все получилось. Сначала работала с наставником, потом стала делать сделки самостоятельно. В то время я получала шесть процентов комиссионных от сделки за покупку-продажу, а если сделка альтернативная, то еще три процента за подбор новой квартиры. В принципе, выходила вполне приличная весомая сумма. Но агентство наше было не очень раскрученным, на рекламе здесь экономили, и клиенты мне перепадали не часто. О социальном пакете не было и речи. Поэтому я решила уйти в другою фирму, это было одно из самых известных и крупных на тот момент агентств недвижимости.

И вот тогда настало золотое время в моей карьере. В 2005 году рынок резко начал расти. Квартиры расхватывали, клиенты текли рекой. В том агентстве я получила все, что хотела. Мне дали белую зарплату, предоставили оплаченный проезд, телефон, мощную рекламную поддержку. Впервые появилась какая-то социальная прозрачность и защищенность, у меня была трудовая книжка, шел стаж, отчисления в Пенсионный фонд и прочее. Оклад хоть и небольшой, около 20 000 рублей, но вполне сносный (при старом курсе доллара около 30 рублей получалось примерно 700-800 долларов). Ну и доходы от сделок, конечно.

И то агентство, я считаю, совершило маленькую революцию на рынке недвижимости. Там внедрили новый метод проекта, когда создавались микрогруппы. Руководитель такой группы занимался в основном переговорами, а эксперты вели техническую работу, встречались с клиентами, смотрели объекты, вели документацию, собирали все справки, доверенности, счета и прочее. В результате клиент получал комплексную услугу, его никогда не бросали, риелторы все успевали, работа шла отлично. Мы все получали очень хорошие рекомендации. И что греха таить, делали сделки и для своих «личных» клиентов, в обход компании.

В период работы в агентстве я купила квартиру в родном городе. В родном — чтобы особо не напрягаться, не ухудшать качество своей жизни, не влезать во всякие кредиты. Сделала в квартире ремонт, обставила ее мебелью и техникой. Стабильно несколько раз в год ездила отдыхать за границу, приобрела дорогую машину, получила права. С коллегами мы обошли почти все московские рестораны. Бизнес-ланчи, шопинг, клубы, фитнес — не отказывали себе ни к каких удовольствиях.

Потом у меня родился ребенок. В декрете пробыла недолго, но именно в это время в агентстве все стало меняться. Начались проблемы: наезды на руководство, расследования, было много всяких негативных публикаций в прессе. Появились уголовные дела, в основном связанные с тем, что новостройки продавались по незаконным схемам (федеральный закон №214 был принят позже).

Судебные издержки поиздержали и утомили руководство, повредили репутации компании. Бизнес не развивался, отделения сокращались, людей увольняли, зарплаты снижали и задерживали. В общем, вернулась я уже в другую компанию: новые директора, новые отделения. И условия, скажем так, приближенные к полевым и боевым: нашел клиента — получи зарплату (тогда мы уже работали за комиссию в четыре процента), не нашел — сиди там, где сидишь. Но поток клиентов оставался весомый, сделки шли.

И я решила уйти на вольные хлеба, тем более что накопилась весомая и солидная клиентская база. Объединились с бывшими коллегами, а стиль работы агентства перетянули в свой бизнес. Но раскрутиться нам не удалось. Не только потому, что рынок стоит. Мы теперь не нужны, профессия риелтор — это уже прошлое. Нас вытеснили информационные технологии.

Интернет стал всеобщим, у каждого в кармане смартфон, и не один. Компании в сфере недвижимости выпускают свои сайты и приложения, где есть базы объектов. Это раньше у риелторов существовала эксклюзивная база, где можно было посмотреть свежие варианты. Теперь у всех все в открытом доступе. Плюс эти ресурсы публикуют массу аналитической информации, буквально разжевывают каждый шаг, все технологию проведения сделки: что проверять, где что выяснить и так далее.

Прежде все пользовались услугами так называемых регистраторов. Госреестр был как неприступная крепость, туда надо было очередь занимать с ночи. А у нас были свои ходы, что повышало значимость и ценность риелторов. Сейчас же есть многофункциональные центры, где регистрируют сделки (и где написано, что если вы сидите в очереди больше 15 минут, то мы виноваты, держите компенсацию).

Потом банки, тот же Сбербанк, создают уже собственные центры недвижимости. Клиенту, приходящему за ипотечным кредитом, любой банк предоставляет услугу по проверке всех документов за 30 тысяч рублей (за это мы когда-то брали 300 тысяч).

Риелторы были нужны тогда, когда люди были менее осведомлены, интернетом не пользовались, соцсетями — тем более. Приходили в агентство как в некий просветительский центр, обращались по различным вопросам — технология проведения сделок, жилищное и земельное законодательство, порядок расчетов и выплат... Сейчас клиент — это редкость, тоже исчезающий вид, как и агент. Кстати, обращаются чаще успешные люди, которым некогда. Они не лезут в смежные сферы, привыкли, что для каждого действия есть специально обученный персонал. Парикмахер их стрижет, зубной врач им лечит зубы, риелторы занимаются их недвижимостью…

Что я имею сейчас? Комиссионное вознаграждение получаю уже не в процентах, а фиксированную сумму, в среднем это 80-100 тысяч за сделку. Клиенты есть, но наперечет. Удается сделать одну-две сделки в месяц — для меня это мало, так как расходы большие, я живу в арендованной квартире. Поэтому решила: все, хватит, уезжаю из Москвы. В Брянске у меня родители, которые помогут нам с дочкой, хорошая квартира. И вообще, в Москве хорошо не жить, а зарабатывать — пока есть амбиции и физические возможности.

Я, честно говоря, устала от съемного жилья, от колоссальных пробок. Ты или в толпе, или в пробке. Да, я много узнала, многому научилась, повидала кое-что. Иногда надоедало. Бывало даже страшно и противно. Но в целом было интересно, здорово, такой кураж. Потом, я все-таки на квартиру, хоть и в провинции, заработала, помогла родителям дом построить.

В Брянске мне не надо ехать два часа на работу, и на ней не принято задерживаться. При этом в городе есть абсолютно все — и стадионы, и театры, и парки, и спортивные школы. Ребенок получит все, что нужно для развития. Планирую работать в школе, а риелторство оставлю как хобби, вот сейчас у меня уже есть три клиента — здесь, в Брянске».

Обсудить
Специальные предложения
Горячие предложения